Конструкция понятия справедливости
Учебные материалы


Конструкция понятия справедливости



Карта сайта




Скачать полную версию работы Вы можете по ссылке Скачать




topformuladiet.com

1. Принцип, рефлексивно регулирующий отношения между людьми. Он позволяет, во-первых, оценивать те или иные ситуации, отношения и действия (как справедливые или несправедливые), а во-вторых – строить действия в соответствии с этим принципом.

2. Принцип справедливости позволяет соотносить любые реальные действия с такой трансценденцией, как правда. Этот принцип является столь же первичной (базисной) формой организации человеческого в человеке, что и сама власть, культура, социальное. Справедливость творится, она – реальное воплощение идеальной правды. Справедливость – поступок по правде.

3. Чувство или ощущение справедливости-несправедливости принадлежит сначала индивидуальному нравственному чувству – и только потом могут создаваться социальные, властные или культурные механизмы, которые так или иначе восстанавливают и обеспечивают справедливость в масштабах общества, которые включают принцип справедливости в порядок жизни.

4. Можно выделить как минимум три области, к которым относится справедливость (несправедливость): индивидуальное достоинство человека; адекватность воздаяния за дела (труд, действие); общий порядок жизни в данном обществе или сообществе.

5. Отсутствие справедливости (несправедливость) является гораздо более заметным и требующим восстановления фактором и событием, чем наличие справедливости. В этом принцип справедливости аналогичен такой форме организации, как власть: при устоявшемся порядке жизни в первую очередь замечается безвластие, а не власть.

6. Критерии справедливости постоянно меняются – и исторически, и в результате целенаправленной работы (например, социал-демократы в России много сделали для того, чтобы сознательно изменить понимание справедливости у народа). Из этого следует, что зона действия регулятива «справедливость» постоянно меняется, в обществе происходит постоянное движение к справедливости, поскольку выявляются или строятся новые точки несправедливости.

7. Этот регулятивный принцип ставит, в числе прочего, ограничения на порядок, устанавливаемый властью – но не только: он работает там, где нет других регулятивов. В этом смысле это самый «последний» регулятив: там, где ничего не работает, – работает он. Многие из сфер жизни регулируются властью, правом, законами, финансами, инструкциями и пр. Принцип справедливости работает там, где или ничего этого еще нет, или иные регулятивы построить невозможно.

8. В том обществе или сообществе, где справедливость служит регулятивом, обязательно создаются места для отправления справедливости: для ее восстановления, разбора бытовых или более «высоких» ситуаций с этой точки зрения. При этом важно не столько реализовать справедливость (это иногда бывает невозможно), сколько утвердить сам этот принцип, его работоспособность, отделив несправедливость или несправедливое действие от справедливости.



Значимость понятия «справедливость» в сегодняшней ситуации с властью в России

Вообще, идея справедливости очень важна в России – по нескольким причинам.

Во-первых, из-за того, что Россия – очень большая страна. В ней есть огромные зоны, не регулируемые законом и живущие вне всяких правил. В ней сосуществуют многочисленные формы организации жизни («культуры»). В этих зонах и при взаимодействии культур люди вынуждены постоянно решать вопросы нравственного характера (и что самое удивительное – на бытовом уровне).

(«Нравственный» здесь не значит «моральный»: мораль установлена в некотором сообществе, это – система норм, и мораль применяют, как правило, по отношению к другим; решение же на основе нравственности приходится применять тогда, когда нет авторитета, когда не у кого спросить – и человек сам вынужден строить решение, исходя из принципиальных вопросов, касающихся его самоопределения.)

В этом смысле справедливость является для России главным регулятором жизни – то есть жизненные ситуации соотносятся не с законом, а с высшей правдой, которая должна быть всеобщей, которая находится не на земле, не в конкретных ситуациях. В огромной стране, при неразвитом состоянии государства и закона и при большом разнообразии культур и их взаимодействия очень большое количество вопросов повседневной жизни должно решаться по справедливости.

И в этом смысле обостренное чувство справедливости присуще русским людям, оно «сидит» в них.

Во-вторых, идея справедливости важна для России и потому, что в ней были созданы специальные места, где справедливость концентрировалась.

В обществе, для которого справедливость является регулятивом, должно быть некое место, где справедливость достигается. Это не суд, где достигается юридическое решение (тем более, что огромное количество вопросов не может быть физически доведено до суда в силу уже указанных причин: расстояний, разных людей и т.п.) Должно быть место, куда можно будет обратиться и где справедливость будет если и не восстановлена, то, по крайней мере, провозглашена.

Эти места в русской истории всегда были тесно связаны с властью.

Историю здесь можно проследить от приглашения первых Рюриковичей, которые должны были установить некий порядок. Справедливость заключалась в том, что произошло разделение и соглашение: князья отвечали за общий порядок, а народ жил своей жизнью.

Этот принцип прослеживается и дальше. Не случайно российские монархи всегда трепетно относились (или вынуждены были относиться) к этому обостренному чувству справедливости и удерживать те инстанции, где справедливость если не вершится, то по крайней мере провозглашается (где она известна).

Следующая инстанция, реализующая и концентрирующая справедливость, -православная церковь, которая этот принцип справедливости формировала и несла. Именно в ней вырабатывалось представление о том, чтό значит поступать или жить «по-божески».

Еще одна инстанция – мир, община, где происходила коллективная выработка справедливости. Там решалось, что справедливо, а что нет. Можно вспомнить также принцип вече, когда любой обиженный мог требовать от мира разбирательства и восстановления справедливости.

Таким образом, в истории России всегда существовал ряд мест, где проблема справедливости, во-первых, обсуждалась, во-вторых, провозглашалась, и куда, в-третьих, можно было обратиться за восстановлением справедливости если не физическим путем, то, по крайней мере, в нравственном отношении.

В СССР – и на этом сыграли большевики – высшей справедливостью была защита угнетенных, причем не только у себя, но и во всем мире, и этот пункт был очень важным для российского сознания. Действие принципа справедливости продолжалось.

Даже бандитские разборки с их «понятиями» в значительной мере удовлетворяют чувство справедливости – хотя и в эрзац-форме. Понятно, что это превращенная, эксплуатирующая форма. Но эксплуатирует она это же чувство справедливости, когда ни к кому, кроме них, нельзя обратиться.

В чем специфика такого разрешения ситуаций по отношению к закону и суду? Здесь важно то, чтобы справедливость была публично провозглашена – при невозможности ликвидировать последствия. Очень трудно было – и до сих пор трудно – наказать в полной мере людей, творящих зло, но можно сказать, что это несправедливо, и тем самым отделиться от этого и оставаться человеком нравственным. И это возможно в условиях, когда суд не работает, а государство неповоротливо.

Это – та точка, в которой может существовать сверхправо, иными словами – та зона, в которой регулируется само право и создаются принципы решения ситуаций в его отсутствие. В этом принципиальное отличие России от Западной Европы. Если в европейском сознании область сверхправа живет в сознании суверенности, личности, то в России она живет в сознании высшей справедливости.

Таким образом, зафиксируем несколько пунктов. Во-первых, чувство справедливости заложено в народе. Есть жажда, чувствительность к ней, есть такая действительность. Во-вторых, всегда существовали и должны были существовать места, где справедливость как-то провозглашается или восстанавливается. В-третьих, это высшая справедливость, а не равенство людей. Этот принцип регулирует взаимодействие людей, однако сам он – из нравственного пространства.

Сейчас же Россия находится в ситуации, когда все эти места разрушены, и власть в России не восстанавливает и не провозглашает справедливость вовсе. Она не фиксирует места, где справедливость должна восстанавливаться, не пытается их простроить заново. Дело в том, что всегда есть соблазн провозгласить, что справедливость достигнута. Но как только такое будет провозглашено, тут же народ начнет предъявлять к государству чрезмерные требования (как и случилось в позднем СССР).

Проблема в другом: никто никогда не знает, что такое высшая справедливость, что, в конце концов, справедливо, а что нет. Но это – предмет обсуждения. Это нельзя установить раз и навсегда, это должно происходить раз за разом.

В России прочная власть не может быть установлена без соотнесения с проблемой справедливости. Поскольку в России обсуждать проблему справедливости – это общественная потребность, и если ее заглушить, то возникает бюргерское, мещанское сознание, которое противно российскому духу.

Простейший исторический пример – это царь, который был «против бояр, но за народ». Для большой, разнообразной, сложно устроенной страны такое надправовое, надзаконное образование, аналогичное царю как инстанции, устанавливающей справедливость, – обязательно. Единственный сегодняшний аналог – это телемосты с Путиным. Но в ходе их не обсуждается принцип справедливости, а решаются конкретные проблемы конкретных людей. Если достижение справедливости не провозглашается как общий принцип, то это чувство остается неудовлетворенным, и тогда решение конкретной проблемы воспринимается как подачка.


Страх

Толковый словарь живого великорусского языка В.Даля:

СТРАХ м. страсть, боязнь, робость, сильное опасенье, тревожное состоянье души от испуга, от грозящего или воображаемого бедствия…

Философский энциклопедический словарь:

СТРАХ — в философии Хайдеггера состояние, в котором человеческое существование благодаря собственному бытию оказывается перед самим бытием. Причина страха — само бытие в мире. Страх обособляет человеческое существование и раскрывает его, таким образом, как возможное бытие, как свободное бытие, свободное в понимании самого себя и выборе самого себя. По Сартру, страх — это боязнь самого себя вследствие свободы недетерминированного характера, которую нельзя предвидеть.

Энциклопедический словарь медицинских терминов:

ФОБИЯ (phobia; греч. phobos страх, боязнь; син. страх навязчивый) — навязчивое состояние в виде непреодолимой боязни некоторых предметов, движений, действий, поступков, ситуаций; содержанием Ф. может быть любое явление обыденной жизни.

Большая Советская Энциклопедия:

СТРАХ, 1) в психологии отрицательная эмоция, возникающая в результате реальной или воображаемой опасности, угрожающей жизни организма, личности, защищаемым ею ценностям (идеалам, целям, принципам и т.п.). 2) Одно из основных понятий экзистенциализма. Было введено С. Кьеркегором, различавшим обычный «эмпирический» страх-боязнь (нем. Furcht), вызываемый конкретным предметом или обстоятельством, и неопределённый, безотчётный страх-тоску (нем. Angst) — метафизический С., неизвестный животным, предметом которого является ничто и который обусловлен тем, что человек конечен и знает об этом. У М. Хайдеггера С. открывает перед «экзистенцией» её последнюю возможность — смерть. У Ж. П. Сартра метафизический, экзистенциальный С. (angoisse) истолковывается как С. перед самим собой, перед своей возможностью и свободой. 3) Ранний психоанализ, также различая рациональный С. перед внешней опасностью и глубинный, иррациональный С., трактовал последний как результат неактуализированных жизненных стремлений, подавления невоплощённых желаний. В современном неофрейдизме С. становится как бы всеобщим иррациональным состоянием, связанным с иррациональным характером современного буржуазного общества, и главным источником невроза.

Ряд теорий происхождения религии, восходящих к античности (Демокрит, Лукреций, в новое время — Д. Юм, П. Гольбах, Л. Фейербах и др.), рассматривают чувство С. как причину возникновения религиозных представлений и верований.

Базисная конструкция понятия «страх»

Страх есть обозначение состояния в ситуациях, в которых предсказания не работают. Возникновение страха характерно для ситуаций появления нового.

Но ситуация появления нового может привести к различным последствиям. Например, у человека может возникнуть любопытство, желание «ринуться в неизвестное». Поэтому должна присутствовать еще одна компонента – угроза. Но для появления угрозы должно наличествовать ее ожидание. Если же ожидания угрозы нет, то тогда ничего не страшно. Когда у человека есть ожидание угрозы, то он будет бояться даже собственной тени. И наоборот, если человек будет думать, что ему ничего не угрожает, то даже если что-нибудь случиться, то человеку страшно от этого не станет. Можно отметить, что угроза практически всегда заданна внешне.

Отметим, что люди боятся не угрозы. Страх появляется не только вследствие наличия угрозы – ля него нужно наличие остальных компонентов, неразрывно связанных со страхом. В этом плане угроза лишь необходима для появления данного состояния, но она не является ее определяющей причиной. Так, можно отметить, что в состоянии «страха перед властью» боятся именно власти, а не внешней угрозы.

Проанализируем появление угрозы. Во-первых, угроза связана с некоторыми культурно-заданными ситуациями: фиксируются типовые ситуации, которые затем транслируются. Например, понятно, что темный переулок всегда ассоциируется с возможностью пребывания там бандитов или другой опасности. Во-вторых, угроза связана с пережитыми ситуациями различного рода (или самим человеком, или, что чаще, его близкими и членами референтной группы).

Что же касается схематизма сознания, который вызывает страх, то сначала выявим ситуации, когда страх возникает и когда он пропадает.

Страх часто возникает перед величественным, перед тем, с чем не можешь справиться. Конструкции, которые в коммуникации обозначают наличие угрозы, непреодолимости и недоступности, собственно и фиксируют состояние страха. Таким образом, это прямым образом ориентирующее понятие.

Страх есть способ фиксации состояний1. Этот способ приобретается людьми через культуру и различного рода социальные взаимодействия. Он необходим для того, чтобы люди могли говорить о своих состояниях с другими. (Ведь внутренние состояния других людей определить сложно, да и разобраться в них является проблемой, а в коммуникации их достаточно просто обозначить).

Как преодолевается страх?

Например, превратив ужасное, неодолимое и недоступное в предмет игры. Так, согласно Бахтину, ужас перед властью снимался в карнавалах, своего рода игровых представлениях, за счет выдвижения шутового короля, короля на один день2. И власть смирялась с этим, поскольку понимала, что без этого нельзя. Короля выбирали самого уродливого, носили по улицам, оскорбляли его. За счет этого осуществлялось переворачивание жизни в игру. Этим снимался всеобъемлющий страх.

Кроме того, можно ввести специальное объяснение, снимающее неизвестность. За счет уяснения, быть может, фальшивого, ликвидируется потусторонность. А вследствие этого ликвидируется и угроза, переводя неизвестное, непонятное в знакомое, близкое и т.д.

Итак, состояние страха связано с тем, что человек не знает, чем ситуация закончится. Но это может вызывать и интерес, и любопытство, и азарт. Страх возникает, когда человек теряет регулярность и при этом у него имеется ожидание угрозы. Это отчасти обусловлено как раз именно тем, что человек, попадая в состояние страха, не может выстроить действий, которые бы восстановили эту регулярность.



edu 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная