Администрация библиотеки желает вам приятного чтения 3
Учебные материалы


Администрация библиотеки желает вам приятного чтения 3



Карта сайта kak-uvelichit-prodazhi.su

– А теперь, – он махнул рукой, – разболтались все.

Хозяин снова взял вилку и, нанизав прозрачный ломтик семги, отправил его в рот.

– А вы по какой части? – поинтересовался Грязнов.

– Так… – неопределенно ответил хозяин, – всем помаленьку занимаемся.

Выпили еще.

– А вы что, коллеги с Колычевым?

– Да… в некотором роде, – ответил Грязнов. «Вот будет сюрприз, – подумал он, – когда хозяин узнает, что человек, которого он выловил из Чудского озера, не кто иной, как начальник Московского уголовного розыска! А может, и не стоит ему говорить об этом?»

Р? тут Грязнов РІСЃРїРѕРјРЅРёР», что, перед тем как идти РЅР° озеро, зачем-то СЃСѓРЅСѓР» РІ карман документы. Среди РЅРёС… имелось Рё удостоверение. Так что С…РѕР·СЏРёРЅСѓ, РїСЂРѕСЏРІРё РѕРЅ любопытство, ничего РЅРµ стоило узнать, кто такой его нежданный гость.

– Значит, тоже по милицейской части?

Вячеслав Р?ванович отрезал еще РєСѓСЃРѕРє СЂРѕР·РѕРІРѕР№ поросятины Рё сказал, РІ СѓРїРѕСЂ глядя РЅР° С…РѕР·СЏРёРЅР°:

– При мне были документы. Я думаю, вы на всякий случай заглянули в них. Мало ли что…

Хозяин хохотнул и одобрительно покачал головой:

– Сразу видно хватку матерого сыщика. Да, я посмотрел. Хотя, надо сказать, поначалу не поверил. Ну сами посудите: плыву я на своем катере, вижу барахтающегося в воде человека, вылавливаю его, спасаю, можно сказать, от гибели. А потом оказывается, что это не кто-нибудь, а главный сыщик страны. Начальник Московского уголовного розыска, легендарной Петровки, 38! Ну не фантастика ли?!



– Да, – вынужден был согласиться Вячеслав Р?ванович, – звучит весьма неправдоподобно. Сам СЏ, прочитав такое, скажем, РІ детективном романе, РЅРё Р·Р° что Р±С‹ РЅРµ поверил. Рђ если документы фальшивые?

Хозяин весело покачал головой:

– Нет, документы настоящие. Я наводил справки. У меня за сегодняшнее утро образовалось небольшое досье на вас. С фотографиями, копиями документов, даже биография ваша имеется.

– Ого-го! – изумился Грязнов. – Оперативно работаете!

– Это не я, – скромно заметил хозяин, – это помощники у меня хорошие. Ну и связи соответствующие в столице.

– Ну что же, – поднял рюмку Грязнов, – теперь я ваш должник. Выпьем за знакомство.

Хозяин опрокинул рюмку в рот и закусил маринованным грибочком.

– Очень рад СЃ вами познакомиться, Вячеслав Р?ванович.

«Еще бы, – подумал Грязнов, – по всей видимости, он местный воротила. Возможно, и скорее всего, связанный с криминалом. А какой же авторитет не будет рад знакомству с начальником угро, да еще заполучить его в должники!»

РќРѕ вслух Вячеслав Р?ванович РЅРµ сказал ничего, Р° только вежливо РєРёРІРЅСѓР».

– Вот так и живем, – сказал хозяин без всякой видимой связи с предыдущей фразой.

Он глянул на Грязнова пристально, стараясь будто бы заглянуть тому в самую душу.

– Р’С‹, Вячеслав Р?ванович, наверняка думаете, что попали Рє криминальному авторитету? – сказал РѕРЅ, отведя глаза. – Ничего странного, СЏ Р±С‹ Рё сам так подумал, увидев РІСЃРµ это.

Он описал кончиком вилки широкую дугу, указывая на обстановку гостиной.

– А тем более в наших нищих краях… – добавил хозяин.

«Эх, Грязнов, – пожурил сам себя Вячеслав Р?ванович, – стареешь ты, РІРёРґРЅРѕ, мысль СЃРІРѕСЋ скрывать РѕС‚ собеседника разучился. Хотя угадать, что СЏ думаю РІ данный момент, СЃРјРѕРі Р±С‹ кто СѓРіРѕРґРЅРѕВ».

– Признаюсь, – весело ответил Грязнов, – ваше жилище хочешь – не хочешь наводит на определенные мысли.

Хозяин вздохнул и пожал плечами.

– Что ж поделать? Но могу вас уверить – все это куплено на честно заработанные деньги. Я не криминальный авторитет, хотя, разумеется, не могу не вступать в контакт с ними. Я не имею отношения к власти. Не имею генеральского чина. Я обычный бизнесмен.

Грязнов с интересом слушал своего собеседника.

– Р? чем же РІС‹, если РЅРµ секрет, занимаетесь?

– Не секрет. Экспортирую лес. Вот и все.

Он снова разлил водку по рюмкам.

– Просто я делаю это с умом.

Большие часы, которые висели на стене, пробили один раз. Грязнов глянул на циферблат. Половина седьмого.

– Ну спасибо вам. А теперь пора и честь знать, – сказал Грязнов, – тем более Володя Колычев волнуется небось.

– Я его предупредил, – негромко сказал хозяин.

– Гм, – удивился Вячеслав Р?ванович, – вам надо Сѓ нас РЅР° Петровке работать. Нам такие нужны.

– Спасибо за приглашение.

Он вскинул глаза к Грязнову, и тот увидел в них нечто большее, чем просто интерес к его персоне.

– РЈ меня есть Рє вам разговор. Р? одна… – РѕРЅ замялся, – небольшая РїСЂРѕСЃСЊР±Р°.

– Я весь внимание.

Хозяин жестом пригласил Грязнова перейти к камину, в котором весело плясали языки пламени.

– Коньяку?

– Пожалуй.

Грязнов взял большой бокал с бесценным «Hennessy X. O.» и приготовился слушать.

– Для меня большая удача, что я выловил из озера именно вас, – начал хозяин, – мне нужна помощь. Помощь в одном весьма деликатном вопросе…

Покрытая слоем рыжей ржавчины монтировка едва не касалась полированного бока «Волги». Конец монтировки то и дело описывал неширокую дугу и каждый раз проходил в сантиметре от крыла машины. Петя Адоскин следил за движениями монтировки, и в голове у него пролетали совсем несвоевременные мысли о недавнем капремонте, стоимости окраски машины, о том, что сегодня надо бы еще успеть что-нибудь заработать…

Однако в настоящий момент совсем о другом надо было думать Пете Адоскину.

– Ну, гидждыллах -Грубое азербайджанское ругательство., я тебе что говорил в последний раз? Я тебе говорил, чтобы ты сюда не совался?

Невысокий чернявый парень РІ кожаной куртке РІ СѓРїРѕСЂ глядел РЅР° таксиста. РСЏРґРѕРј стояли несколько человек, РїРѕ РІРёРґСѓ тоже кавказцы.

Монтировка легонько коснулась машины.

– Да, говорил, – вынужден был признать Петя.

Действительно, недели две назад, когда он появился здесь, на площади перед Курским вокзалом, его вот почти так же остановили люди Хусейна, местного авторитета, который контролировал не только всю торговлю на вокзале и прилегающих к нему улицах, но и таксистов, для которых это место было одним из самых хлебных в Москве.

РЎ СЋРіР° нескончаемым потоком СЃСЋРґР° шли поезда, набитые торговым людьми, которые тащили Рё тащили Р·Р° СЃРѕР±РѕР№ огромные баулы РёР· прочного материала СЃ белыми Рё голубыми полосками. Торговцы платили таксистам щедро, рассчитывая отработать РІСЃРµ накладные расходы РЅР° бесчисленных РјРѕСЃРєРѕРІСЃРєРёС… рынках. Поэтому таксисты слетались РЅР° РљСѓСЂСЃРєРёР№ как РјСѓС…Рё РЅР° мед. Р? РІРѕС‚ тут РёС… поджидали люди Хусейна.

– Говорил, что, если еще раз на Курском вокзале увижу, зарежу?

Р? тут Петя спорить РЅРµ стал. Тем более что тяжелый загнутый конец монтировки перекочевал ближе Рє лобовому стеклу его «волжанки».

– Ну, может, мы договоримся, Мамед? – примирительным тоном предложил Петя.

Мамед покачал головой с копной черных как вороново крыло и жестких как одежная щетка волос:

– Нет. Договариваться не будем. Будешь делать, что мы тебе скажем. Баша душурсян? -Понял? (азерб.)

Петя СЃ тоской подумал, что если Р±С‹ уехал сегодня РЅР° полминуты раньше, то РЅРµ было Р±С‹ этой нервотрепки. Рђ теперь хрен знает чем РІСЃРµ это закончится. Р? для него, Рё для машины.

Если Р±С‹ только знать, что РІСЃРµ так обернется, РЅРё Р·Р° что Петя РђРґРѕСЃРєРёРЅ РЅРµ пошел Р±С‹ двадцать лет назад РЅР° РєСѓСЂСЃС‹ вождения. Р? тем более РЅРµ стал устраиваться РЅР° работу РІ таксопарк. Р—Р° эти двадцать лет пришлось пережить немало. Р? РІ аварии попадал, Рё был РЅР° волосок РѕС‚ гибели, РєРѕРіРґР° грабители приставляли холодное стальное лезвие Рє его горлу. Приходилось возить проституток, которые норовили расплатиться РЅРµ деньгами, Р° СЃРѕР±РѕР№, РёС… клиентов, которые просили подождать, РїРѕРєР° РЅРµ сделают СЃРІРѕРµ дело РЅР° заднем сиденье. Р’СЃСЏРєРѕРµ бывало. РќРѕ теперь, РєРѕРіРґР°, кажется, такси РІ РњРѕСЃРєРІРµ стало больше чем жителей Рё Р·Р° каждого клиента приходилось РІ буквальном смысле рвать глотку, работать стало просто невозможно. Да еще РЅР° каждой хлебной точке СЃ тебя РЅРѕСЂРѕРІСЏС‚ содрать деньги… Р’РѕС‚ как сейчас.

Монтировка между тем стучала по стеклу все сильнее и сильнее. В голове у Пети заплясали цифры цен на лобовые стекла.

– Сейчас плати неустойку. Потом разговаривать будем.

У Пети засосало под ложечкой. Если из тех грошей, что он сегодня заработал, отдать Мамеду, как он выразился, «неустойку», то, считай, сегодняшний день прошел впустую.

– Сколько, Мамед?

– А это мы сейчас посмотрим, – обнажил желтые зубы Мамед и кивнул своим ребятам.

Те моментально обыскали Петю и залезли во все тайники, куда шоферы обычно складывают выручку. Мятые бумажки образовали небольшую горку на капоте.

Петя посмотрел вокруг. Вокзал жил своей обычной жизнью. Пассажиры с чемоданами и баулами сновали туда-сюда по площади. Метрах в десяти лениво курили два сонных муниципала. Казалось, даже если Мамед ради развлечения устроит на площади стрельбу по прохожим, они не двинутся с места.

– Три тысячи с мелочью, – сказал Мамед, когда деньги были подсчитаны, – я беру половину. Ты видишь? Чтобы потом не сказал, что тебя плохой Мамед ограбил.

Петя РіРѕСЂСЊРєРѕ усмехнулся. Р?нтересно, Р° как это называется? РќРѕ вслух, естественно, ничего РЅРµ сказал.

Мамед отсчитал половину денет, а остальное пододвинул в сторону Пети.

– Рђ теперь будем разговаривать. РўС‹ же знаешь, РјС‹ тут РЅРµ только для того, чтобы деньги собирать. РњС‹ для вас тут стоим. Для тебя. Р?наче СЃСЋРґР° СЃРѕ всей РњРѕСЃРєРІС‹ такси приедут. Р? что? Цены сразу упадут. Будешь Р·Р° десять рублей РІ Мытищи везти. Тебе это надо?

Петя покачал головой. Логика, которой обладали кавказские люди, когда дело касалось денег, всегда вызывала у него уважение. Азербайджанец мог обставить дело так, что ты отдавал ему деньги и еще при этом благодарил…

– Так что сам понимаешь – без нас вы бы пропали. Правильно я говорю, Муса? – обратился он к стоящему рядом толстяку в необъятных размеров кожаной куртке.

Тот с готовностью закивал.

– Вот видишь, – продолжил Мамед с таким видом, как будто мнение Мусы было истиной в последней инстанции, – в другое время я тебе сам сказал бы – приезжай, дорогой, работай, корми детей, жену… У тебя дети есть?

– Есть, – соврал Петя.

– Вот, – обрадовался Мамед, – но сейчас, понимаешь, гардаш -Брат (азерб.)., мест нет. Все забито. Видишь, уже таксишники почти в очередь выстраиваются за клиентом. А надо, чтобы наоборот.

Он помолчал, будто бы прикидывая, потом сказал:

– Но если хочешь, езжай в Шереметьево. Там у меня есть приятель.

Петя кивнул.

– Но ты понимаешь, ничего бесплатно не бывает.

Петя вздохнул:

– Сколько?

Мамед кивнул в сторону купюр, все еще лежащих на капоте.

Петя покачал головой:

– Не могу, Мамед. Это все, что я зарабо…

Конец монтировки стукнул по лобовому стеклу. Петя понял, что торговаться бессмысленно. Злость стиснула грудную клетку и поднялась выше, к горлу.

– Яхшы, гардаш -Хорошо, брат (азерб.).. Договорились. – Мамед улыбнулся и сделал знак своим, чтобы они забрали оставшиеся деньги.

Петя с болью в сердце проследил, как его деньги без остатка перекочевали в карман Мамеда.

– Ладно. Езжай в Шереметьево, там найдешь Акифа. Его все знают. Скажешь, от меня. Он поможет.

Мамед отвернулся и, сделав знак своим, пошел в сторону вокзала. А Пете Адоскину ничего не оставалось, как, кляня все на свете, завести свою «волжанку» с намерением ехать в сторону Шереметьева.

– Эй, стой! – вдруг услышал он крик Мамеда.

Петя затормозил. Мамед подошел, открыл дверь и сел на переднее сиденье.

– Поеду с тобой. Все равно по дороге.

Меньше всего Пете Адоскину хотелось, чтобы Мамед, который две минуты назад фактически ограбил его, ехал с ним в машине. Но пришлось проглотить и это…

Мамед развалился в кресле и закурил сигарету.

– Ну что, брат, тяжело живется?

Петя РєРёРІРЅСѓР». Разговаривать ему совершенно РЅРµ хотелось. РћРЅ вел машину РїРѕ Садовому РІ сторону Маяковки.

– Да, – задумчиво сказал Мамед, – у всех сейчас жизнь тяжелая. Кому легко? Ты думаешь, мне хорошо?

Он покачал головой.

– Нет. Ошибаешься. Знаешь, сколько работать приходится? Р?шачу как амбал.

Петя посмотрел на часы. Было около пяти. Скоро начнет темнеть. А у него в кармане гуляет ветер.

– Целый день крутишься, крутишься, крутишься… – продолжал Мамед. – Тому дай, этому дай, милиции дай…

Петя свернул на Тверскую-Ямскую и поехал в сторону Ленинградского шоссе.

– …На кусок хлеба не хватает, клянусь, честное слово… – сказал Мамед, закуривая новую сигарету.

Желтый металл увесистой печатки на мизинце Мамеда тускло сверкнул в свете уличного фонаря. Петя хмыкнул:

– Если тебе так плохо живется, почему на другую работу не идешь?

Мамед улыбнулся. Видимо, ему такая мысль в голову не приходила.

Петя вел машину, и постепенно, слушая разглагольствования Мамеда, у него внутри поднималась злоба. Ешкин кот, ну ведь он только что забрал все твои деньги! Ты мужчина или нет, Петр Адоскин? Неужели ты не можешь защититься от этого мудака?

Р—Р° РѕРєРЅРѕРј промелькнуло метро В«Речной вокзал». Петя смотрел РЅР° РґРѕСЂРѕРіСѓ, Рё Сѓ него РІ голове зрела мысль. РћРЅ опустил СЂСѓРєСѓ РїРѕРґ сиденье Рё нащупал холодную сталь монтировки – универсального оружия водителя.

– Да-а, – протянул ничего не подозревающий Мамед, – а у нас еще тепло. Хурма растет, инжир… Хорошо! Ты куда?

Последняя фраза была реакция на то, что Петя внезапно свернул на узкий проселок.

– Воды набрать надо, – негромко сказал Петя первое, что пришло в голову.

– Почему около крана не остановился? – заволновался Мамед. – Э-э, мне срочно в аэропорт нужно. Давай сворачивай обратно.

– Сейчас, Мамед, воды только наберу, – твердил свое Петя.

Он остановил машину у небольшой рощицы.

– Ара, ты мне мозги не делай! – Мамед явно чувствовал неладное. – Где ты здесь воду увидел?!

– Там, – махнул рукой в неопределенном направлении Петя, между тем доставая монтировку из-под сиденья.

Мамед, увидев железяку, побледнел. Р? попытался открыть дверь. РќРѕ крепкая шоферская СЂСѓРєР° Пети РђРґРѕСЃРєРёРЅР° остановила его.

– Тебе чего надо? – заскулил Мамед. – Ты что задумал?

– Отдай мои деньги, – негромко сказал Петя.

Мамед без лишних разговоров достал из кармана ворох бумажек и протянул его Пете.

– На, возьми. Там не только твои.

Петя взял деньги и отпустил Мамеда.

– А теперь иди пешком.

Мамед понял, что опасность миновала, открыл дверь и с улыбкой проговорил:

– Ну смотри, Петя, я тебя запомню. Ты в Москве больше работать не будешь. Это я сказал.

Петя рванул машину с места и через минуту выехал на шоссе. Только тут он собрался с мыслями. В сущности, чего он добился? Нажил себе еще одного врага. Мамед теперь действительно будет преследовать его при каждом удобном случае. Впору менять профессию.

Конечно, некоторая часть самых лихих московских таксистов не подчинялась никаким бандам, не платила дань. Но их работа больше напоминала вылазку партизан в тыл врага. Все время надо уворачиваться от «контролеров», стараться, чтобы тебя не заметили, а то и уходить от погонь. Пете Адоскину такая перспектива не нравилась. Но сделанного не воротишь. Теперь или воюй, или переквалифицируйся в управдомы.

Между тем Петя вел машину в сторону Шереметьева. Уже показались темно-серые кубы здания аэропорта.

Петя решил ехать. В конце концов, надо же когда-то начинать воевать!

Ему повезло. Пассажира Петя нашел почти сразу. Стоило его «волжанке» подъехать к автоматическим стеклянным дверям, как оттуда неторопливо вышел человек среднего роста, в хорошем костюме, плаще, с дорожной сумкой в руке. К пассажиру тут же бросились поджидающие клиентов таксисты. Но Петя оказался проворнее. Он раскрыл дверь машины прямо перед пассажиром, и тому ничего не оставалось, как сесть в нее.

Больше всего человек походил на иностранца. В нем присутствовал какой-то ненашенский лоск. Аккуратная стрижка, замечательный пестрый галстук, элегантный плащ. Он был раскован и вместе с тем вел себя как-то очень сдержанно. Короче говоря, опытный таксист Петя Адоскин сразу определил в нем выгодного клиента. Такие никогда не торгуются из-за лишнего рубля, щедро платят чаевые, но требуют, чтобы в их отношении не применяли разных таксистских приемчиков типа кружной езды. Они всегда прекрасно знают маршрут.

Хотя по поводу последнего Петя засомневался. Как-то не слишком уверенно озирался пассажир, выйдя из здания аэропорта. Складывалось впечатление, что он здесь первый раз.

Мешкать было нельзя. Краем глаза Петя уже заметил несколько силуэтов людей, которые, скорее всего, были подручными Акифа, или как там его назвал Мамед. Чем быстрее уберешься отсюда, тем лучше.

Петя ловко вырулил в почти сплошном потоке машин, миновал эстакаду и только тут спросил:



edu 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная